Чужие миры [ Авт. сборник] - Владимир Васильев

Эта руина, зовущаяся руиной Хавиэля, третья на их пути. Первая оказалась пустой, а во второй жил злющий черт, которого одолели с большим трудом, да и то хитростью. Хокан раздразнил его в подземелье и бросился наутек, а Вишена у выхода поймал на ствол молодой осины. Наверное, черт так и не понял, почему кондотьеров двое и почему на них разноцветные плащи. В руине нашлось заклинание: пара невзрачных перчаток. Что они умели, ни Хокан, ни Вишена так и не догадались. Сунули в котомку до лучших времен. Точнее, до встречи с Тарусом.

Потом появился запыхавшийся эльф-гонец с новостью о Девятом Народе. Хокан удивился, словно, хлебнув из моря, ощутил вкус пива; Вишена, не слишком еще прижившийся в Иллурии, отнесся к сообщению более спокойно. Ну, Народ, ну, Девятый, ну лиловые цвета… Остальные восемь казались Пожарскому не менее странными. Тем не менее Тарус вторично сзывал всех, кто ушел в поиск, на этот раз у Храма Равнин, на севере Суладора, невдалеке от пролива. По пути Вишена и Хокан должны были вычистить еще две руины, встретиться со Славутой и Ларсом, ходившими в руины Мятого Леса, и отправляться на север, мимо пограничных замков Штормового Суладора.

Вишена нащупал рукоятку меча.

— Ну что, Хокан? Дадим по сусалам еще одному нечистому? Готов?

Дат невозмутимо пожал плечами: настоящий мужчина всегда готов к битве. Странные люди эти южане… Но воины неплохие — бесстрашные и умелые. Хотя нет в них боевого безумия, как у братьев-берсеркеров Йэльма, Ларса, Свена и Стрида… Хокан тоже взялся за меч.

Они вышли на поляну. Полуразвалившиеся стены сплошь покрывал буйный плющ. Мясистые листья шевелились в струях западного ветра. Эльф остался на опушке, растворившись в подлеске. Вишена, обернувшись, не сумел различить его на фоне деревьев.

Ступая осторожно и неслышно, Хокан скользнул под арку. Вишена ступал след в след, оглядываясь и прислушиваясь. Случалось, что обитатель руины разгуливал неподалеку и, учуяв приближение кондотьера, нападал сзади. Тарус поведал это еще в Храме Ветров, и Вишена почему-то запомнил накрепко.

Темный дверной проем поглотил их; в зале таился зыбкий полумрак. Солнечные лучи наискось пронизывали зал, врываясь через подпорченную кровлю, и рвали полумрак на части. В лучах плясали пылинки. Ход вниз нашелся в углу, у останков массивного шкафа. Здесь же валялась невзрачная куча какого-то полуистлевшего тряпья.

Хокан с опаской заглянул в квадратную дыру: ни лестницы, ни веревки не было.

— Придется прыгать, — сказал он шепотом. — Зажигай факел…

Вишена завозился с огнивом. Горючая ветка занялась чистым бездымным пламенем.

— Бросай!

Миг — и факел, слабо стукнув, упал на каменный пол подземелья. Хокан свесился вниз, высматривая нечистого. Вишена придерживал его за лодыжки.

Тьма выплюнула белесый силуэт, похожий на сгусток тумана. Хокан рванулся, выдергивая туловище из дыры.

— Призрак, — сказал он, вскакивая на ноги.

Вишена отпрянул от хода, сунув бесполезный меч в ножны. Против призрака металл бессилен.

Воины слаженно разбежались по углам. Белый плащ Вишены ясно выделялся на фоне уныло серых стен. Хокана заметить было труднее.

Призрак бесшумно вознесся над дырой, осматриваясь. Это Вишена так думал — что призрак осматривается. Что он делал в действительности, оставалось непонятным, потому что глаз у призрака не было. Но он явно чуял людей и сейчас определял, где те прячутся.

Выяснив, что людей двое и что они разделились, призрак нерешительно заколыхался; затем двинулся в сторону Хокана. Так случалось и раньше: нечистые всегда пытались напасть сначала на Хокана. Наверное, боялись волшебного меча Вишены.

Хокан взмахнул серебряным кинжалом, припасенным специально для визитов в руины. Серебра местная нечисть боялась не меньше, чем лойдинская. Призрак, колыхнувшись, замер, словно наткнулся на стену. Потом поднялся чуть повыше, растекаясь по потолку. Вытянув вперед руку с кинжалом, Хокан шагнул к призраку.

Глухой вздох всколыхнул подземелье, вызвал неуверенное эхо и завяз в неподвижном воздухе. Вишену словно порывом морозного ветра обдало. Хокан нерешительно топтался, поводя кинжалом туда-сюда. Наверное, дат злился: он привык к честным битвам, когда все решает меч, сила и ловкость. Сейчас он просто не знал как поступить. Чего боится этот бестелесный дух? Как его извести?

В следующее мгновение призрак переместился вплотную к Вишене. Так быстро, что тот не успел отпрянуть. Успел только осознать, что белесое облачко вдруг вытянулось на манер ветки дерева и перетекло на новое место, поглотив человека. Теперь Вишена был внутри призрака. Дыхание сразу перехватило, словно ноздри забило дымом, в груди закололо. Вишена разевал рот, как карась, выброшенный на берег, но это не помогало.

«Задохнусь к лешему… Вот как они убивают…» — подумал Вишена, слабея.

Хокан кромсал сгусток тумана серебряным кинжалом: С тем же успехом он мог бы кромсать настоящий туман.

Ноги Вишены подкосились, руки опали; левая ненароком задела пояс, вынесенный из руины Двуглавого холма.

Хокана отбросила неяркая вспышка. Именно отбросила, шагов на пять. С трудом удержавшись на ногах, он прикрылся ладонью, пытаясь сберечь глаза.

На кончиках пальцев Вишены плясал мертвенный синеватый огонь. Сквозь тело призрака Хокан видел спутника неясно, огонь же пронизывал зыбкий туман беспрепятственно. Сорвавшись с пальцев, он расцвел диковинным цветком и в мгновение ока сожрал туман без остатка. И вслед за тем — угас.

Вишена, хватая воздух разинутым ртом, пошатывался у стены подземелья. Грудь его вздымалась, будто он что есть духу пробежал несколько верст.

Хокан медленно опустил руку. Призрак исчез. Но побежден ли?

Вскоре Вишена отдышался.

— Ах, ты, пропадь! Едва не задохся!

— Как ты это сделал? — спросил Хокан. Кинжал он по-прежнему сжимал в правой ладони.

Вишена пожал плечами:

— Знать не знаю… Само все вышло. Только успел подумать: гори ты огнем, нечисть! Тут же — пых, и все.

Хокан поглядел на пояс Вишены.

— Небось это и есть заклинание Холодного Пламени…

Взглянул на пояс и Вишена. Непонятно, где таилась грозная сила огня: пояс как пояс, костяная пряжка да истертая кожа. Однако призрак канул в небытие, сгорев в языке пламени.

— Вот тебе и поясочек… Запомним…

Вишена решительно направился к лазу в логово призрака. Факел еще не погас, освещая небольшой склеп. В углу, прикрытый украшенной крышкой, стоял массивный гроб. Рядом — три сундука с откинутыми накрытиями. Пахло сыростью и плесенью, наверное, от мерзкого вида бесцветных грибов, гроздьями растущих на стенах.